Это расширяет возможности государства оспаривать сделки спустя десятилетия
Конституционный суд (КС) фактически зафиксировал приоритет публичного интереса в сохранении социальной инфраструктуры перед вопросами частной собственности в случаях, когда речь идет о приватизации, которая может быть подвергнута сомнению. Поводом для такого решения КС стали жалобы двух компаний – ООО «Мираж» и ООО «Геатон», которые обратились в КС с оспариванием норм Гражданского кодекса о применении сроков исковой давности.
Как следует из материалов дел, в марте 1994 г. комитет по управлению имуществом Саратовской области утвердил план приватизации госпредприятия Производственное объединение «Третий государственный подшипниковый завод» с созданием на его основе ОАО «Третий специализированный подшипниковый завод».
В состав имущества среди прочего были включены медико-санитарные части. Такое допускалось, если включаемые в состав приватизируемого имущества объекты здравоохранения не относились к числу обслуживающих жителей данного региона (менять профиль работы было нельзя).
В 2006 г. общество, сменившее в 1996 г. наименование на ООО «Саратовский подшипниковый завод», создало дочернее юридическое лицо – ООО «Парацельс» и внесло в качестве вклада в его уставный капитал упомянутые здания. В 2012–2013 гг. при реорганизации «Парацельса» в собственность ООО «Мираж», созданного в результате разделения, перешло здание площадью 789,6 кв. м, а также доля в праве собственности на здание площадью 8516,1 кв. м. А в собственность второго заявителя в КС – ООО «Геатон» (также образовано после разделения «Парацельса») перешло здание площадью 3986,3 кв. м.
Прокуратура обратилась с иском об истребовании спорных зданий и земельных участков из незаконного владения ООО «Мираж» и ООО «Геатон».
Надзорное ведомство, в частности, обнаружило несоблюдение условий и порядка приватизации имущественного комплекса для осуществления медицинской деятельности.
В марте 2023 г. Арбитражный суд Саратовской области иск прокуратуры удовлетворил. Вышестоящие инстанции это решение поддержали.
Суды, отклоняя довод ответчиков о пропуске прокуратурой срока исковой давности, пришли к мнению о необходимости исчисления этого срока с момента завершения прокуратурой проверки, выявившей нарушения. Также они указывали на недопустимость применения института исковой давности в качестве способа легализации имущества, незаконно приобретенного в ущерб интересам публичного собственника и помимо его воли.
Не согласившись с такими судебными решениями, заявители обратились в КС. Но тот отказался рассматривать обе жалобы по существу.
КС разъяснил, что суд с учетом «всей совокупности фактических обстоятельств» (а не только даты приватизации) должен учитывать, когда публично-правовому образованию стало или должно было стать известно о нарушении, равно как и момент, когда состоялось нарушение.
Суды вправе исчислять срок исковой давности не с момента приватизации (1990-е гг.), а с даты выявления нарушений прокуратурой (2020-е гг.), что фактически снимает вопрос о пропуске срока, подтверждает управляющий партнер NOVATOR Legal Group Вячеслав Косаков. По его мнению, в сложившейся практике учитывается приоритет защиты публичной собственности в случаях системных нарушений, что расширяет возможности государства оспаривать сделки спустя -десятилетия.
Источник : Ведомости