Рост числа личных банкротств и объёмов просроченной задолженности в экономике побудил регулятора пересмотреть подходы к работе с проблемными долгами.
Центробанк обсуждает изменение нормативных требований, которые могут повлиять на поведение кредиторов в процедурах несостоятельности. О том, какие перспективы открываются для должников и банков, а также о возможных рисках и последствиях такой реформы, рассказывает Вячеслав Косаков, управляющий партнер NOVATOR Legal Group.
1. Как вы оцениваете текущую ситуацию с банкротством граждан и почему регулятор решил вмешаться именно через корректировку резервных норм?
Предложение Центробанка пересмотреть подход к резервированию – ни что иное, как попытка выйти из порочного круга, когда банки, опасаясь стопроцентных резервов, голосуют против реструктуризации, а в итоге теряют ещё больше на списании безнадежных долгов. Сегодня, если заемщик перестает платить, банк формирует резерв в полном объёме, и это делает реструктуризацию для него экономически бессмысленной. Банки признают, что при текущих правилах они не заинтересованы голосовать за реабилитационные процедуры. Идея в том, чтобы снизить норматив резервирования для тех ссуд, по которым запущена процедура реструктуризации, – тогда у кредитора появляется стимул договариваться, а не доводить должника до банкротства.
2. Насколько предложение ЦБ способно изменить поведение банков и какие подводные камни вы видите в предлагаемом механизме?
Предлагаемый механизм выглядит логичным: если банк получает возможность резервировать проблемную ссуду не на 100%, а на более щадящих условиях при условии реструктуризации, у него появляется экономический смысл голосовать за план реструктуризации в рамках банкротства, а не против него. Это, в свою очередь, дает должнику реальный шанс избежать ликвидационных процедур и сохранить хотя бы часть имущества. Однако ключевой вопрос кроется в деталях: каким будет размер резерва после реструктуризации, на какой срок и при каких условиях он будет действовать. Регулятор говорит о намерении сделать резервирование «не запретительным», но пока документ находится в стадии разработки. При этом остается открытым вопрос: насколько активно банки будут применять реструктуризацию на практике, даже если регулятор создаст для этого условия.
3. Какие долгосрочные эффекты для рынка кредитования и процедур банкротства могут возникнуть в случае принятия таких изменений?
Стоит отметить, что общее направление движения верное. Реформа может привести к тому, что число банкротств начнет снижаться не за счет административных запретов, а с помощью создания экономических стимулов для сторон договариваться. Это снизит нагрузку на суды и освободит ресурсы для работы с действительно сложными случаями, где реструктуризация уже невозможна.
Источник : PROбанкротство
