Верховный суд будет соотносить вопрос неравноценности встречного предоставления с той обычной деятельностью, которая предусматривает предоставление жилья сотрудникам должника, отмечают юристы.
В 2014 году компания «СГК-ТрансстройЯмал» и Ильза Матвийчук, а также две дочери последней заключили договор мены квартир. По соглашению «СГК-ТрансстройЯмал» передал Матвийчукам трехкомнатную квартиру площадью 108,7 кв. м в городе Лабытнанги (ЯНАО), а Матвийчуки передали компании трехкомнатную квартиру площадью 69,7 кв. м в тех же Лабытнангах. Квартиры были оценены как равноценные со стоимостью в размере 8,6 млн рублей. В рамках банкротства «СГК-ТрансстройЯмал» конкурсный управляющий компании потребовал признать договор мены недействительным. КУ указал на то, что произведенный сторонами обмен не являлся равноценным, поскольку рыночная стоимость квартиры «СГК-ТрансстройЯмал» на 30 июля 2014 года составляла 6 млн рублей, а квартиры Матвийчуков — 1,7 млн рублей. Суд первой инстанции, с которым согласились апелляция и кассация, признал оспариваемую сделку недействительной и применил последствия ее недействительности в виде взыскания с каждого из ответчиков (Матвийчуков) в пользу «СГК-ТрансстройЯмал» 2 млн рублей и восстановления задолженности «СГК-ТрансстройЯмал» перед каждым из ответчиков в сумме 572 тыс. рублей. Матвийчуки пожаловались в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор 2 мая 2024 года (дело А40-120633/2014).
Фабула
В июле 2014 года ОАО «СГК-ТрансстройЯмал» и Ильза Матвийчук, а также ее дочери Мария и Валерия Матвийчук заключили договор мены квартир, в рамках которого стороны пришли к соглашению об обмене следующей недвижимости:
- трехкомнатная квартира площадью 108,7 кв. м в городе Лабытнанги (ЯНАО), принадлежащая «СГК-ТрансстройЯмал» на праве собственности на основании заключенного в апреле 2010 года договора купли-продажи квартиры;
- трехкомнатная квартира площадью 69,7 кв. м в городе Лабытнанги, находящаяся в долевой собственности Матвийчуков (по 1/3 у каждого) на основании договора приватизации квартиры.
В договоре стороны предусмотрели, что обмен является равноценным и производится без доплат, установив цену каждой из квартир в размере 8,6 млн рублей.
В тот же день, 30 июля 2014 года, стороны подписали акт приема-передачи квартир. Записи о переходе права собственности на оба объекта были внесены в Единый госреестр недвижимости 30 октября 2014 года.
Конкурсный управляющий ОАО «СГК-ТрансстройЯмал» потребовал в суде признать недействительным указанный договор мены квартир и применить последствия недействительности.
Заявляя о недействительности данного договора, КУ указал на то, что произведенный сторонами обмен не являлся равноценным, поскольку рыночная стоимость квартиры, предоставляемой «СГК-ТрансстройЯмал», на 30 июля 2014 года составляла 6 млн рублей, а квартиры, предоставляемой Матвийчуками, – 1,7 млн рублей.
Суд первой инстанции, с которым согласились апелляция и кассация, признал оспариваемую сделку недействительной и применил последствия ее недействительности в виде взыскания с каждого из ответчиков (Матвийчуков) в пользу «СГК-ТрансстройЯмал» 2 млн рублей и восстановления задолженности «СГК-ТрансстройЯмал» перед каждым из ответчиков в сумме 572 тыс. рублей.
Матвийчуки пожаловались в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор 2 мая 2024 года.
Что решили нижестоящие суды
Суды первой и апелляционной инстанций сослались на положения пункта 1 статьи 61.2 закона о банкротстве и исходили из того, что рыночная стоимость отчужденной «СГК-ТрансстройЯмал» квартиры в три раза превышала рыночную стоимость полученной им квартиры от ответчиков, что свидетельствует о неравноценности встречного предоставления.
Суды отметили, что действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными.
Применяя последствия недействительности сделки в виде взыскания с каждого из ответчиков в пользу должника 2 млн рублей и восстановления задолженности «СГК-ТрансстройЯмал» перед каждым из ответчиков в размере 572 тыс. рублей, суды приняли во внимание факт отчуждения обеих квартир в пользу третьих лиц.
Суд апелляционной инстанции, поддерживая выводы суда первой инстанции, также отклонил доводы ответчиков о совершении оспариваемой сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности со ссылкой на то, что договор мены не соответствует понятию длящегося обязательства и не может быть отнесен к обычной хозяйственной деятельности должника.
Что думают заявители
Так, Ильза Матвийчук начиная с рассмотрения спора в суде первой инстанции указывала, что являлась сотрудником общества «СГК-ТрансстройЯмал» с декабря 2006 года, а оспариваемый договор мены фактически представлял собой материальное поощрение работника в соответствии с одним из пунктов трудового договора, в связи с чем формальный подход к определению условий равноценности сделки только лишь исходя из рыночной стоимости квартир является некорректным.
Ответчики также ссылаются на нарушение судами положений пункта 2 статьи 61.4 закона о банкротстве и разъяснений пункта 14 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», заявляя о том, что оспариваемая сделка совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности должника, поскольку материальное поощрение работников в виде безвозмездного предоставления жилья для проживания, а также безвозмездная передача жилья в собственность работников практиковалось «СГК-ТрансстройЯмал» в своей хозяйственной деятельности.
При этом стоимость отчужденной «СГК-ТрансстройЯмал» квартиры составляла менее 1% балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату, а ответчики по смыслу статьи 19 закона о банкротстве не являлись заинтересованными по отношению к должнику лицами.
Что решил Верховный суд
Судья ВС Букина И.А. сочла доводы жалобы заслуживающими внимания и передала спор в Экономколлегию.
Почему это важно
Вячеслав Косаков, управляющий партнер NOVATOR Legal Group, отметил, что в данном случае Верховный суд будет соотносить вопрос неравноценности встречного предоставления с той обычной деятельностью, которая предусматривает предоставление жилья сотрудникам должника.
В связи с этим предполагаю, что Верховный суд укажет на необходимость наряду с понятием неравноценности учитывать и ту деятельность должника, которая фактически осуществлялась по отношению к работникам и принимать установленные обстоятельства в расчет. Вероятно, суд более глубоко посмотрит на этот вопрос с точки зрения установление мотивов предоставления жилья в собственность работников, насколько это была распространенная практика в деятельности должника, какими документами оформлялась передача имущества и др. Также тщательно будет исследоваться сам вопрос мены жилья, так как квартиры были получены работниками в качестве материального поощрения за исполнение своих должностных обязанности, но необходимо выяснить, могло ли данное жилье предоставляться в собственность и было ли оно отработано указанными сотрудниками. Поэтому принятое ВС РФ решение кардинально судебную практику не изменит, но укажет на необходимость нижестоящих судов более подробно исследовать все обстоятельства данного спора.
Обмен квартир, за которым стоит должник, суд может признать недействительным и развернуть, даже если формально всё оформлено верно. Проверить чистоту такой сделки и историю участников до её заключения помогает сопровождение сделки с недвижимостью.
Источник : PROбанкротство
